Борис Уборевич-Боровский
Тяжелейшая потеря для мирового архитектурного сообщества. Это была самая яркая звезда на архитектурном небосклоне. Мало того, что она женщина, а мы знаем, что зодчество - это мужская профессия. У нее мужества доставало на то, что быть архитектором, руководить огромной архитектурной мастерской и строить по всему миру.
Заха создала свое направление в архитектуре, которому очень трудно следовать, потому что все, чтобы ты ни сделал – все сразу называется «Заха Хадид». Как бы ты ни старался придать собственное звучание проектам, которые пусть даже отдаленно, но похожи на то, что ею создано, тебя сразу обвинят в том, что это подсмотренная тема. Создав такое яркое направление, она, конечно, сделала огромную работу.
Это была миссия. Архитектура приобрела новое звучание. Сейчас любой потребитель этого продукта, а это все население планеты, знает имя Захи Хадид и знает архитектуру Захи Хадид. И то, что она ушла из жизни в разгар своей карьеры, своего творческого роста – это огромная потеря.
У нас был такой эпизод, довольно странный: мы участвовали в конкурсе на строительство трамплина в Лужниках. И участвовать в конкурсе нам предложила именно мастерская Захи Хадид. Они получили заявку, и предложили нам участвовать в тендере вместе с ними. И каково же было наше удивление, когда на конкурс правительство Москвы нас не взяло. Главный архитектор Москвы и служба Хуснуллина – они все нас проигнорировали. Это было потрясением: мне казалось, что авторитет Заха Хадид непререкаем, а на нас даже не обратили внимания, и мы не прошли во второй тур.
Тяжелейшая наша ошибка в том, что у нас в городе только одно здание от этого архитектора, тогда как любой город мира мечтал и до сих пор мечтает, чтобы что-то было построено именно этим архитектором… Это огромная утрата для всех.
